Проигрыш подводной войны

Победа, как казалось, была уже на стороне германских подлодок. Потопив в марте почти 600.000 брт тоннажа ценой потери 12 лодок, необходимый для победы объем был достигнут. К этому моменту союзники потеряли на море от различных причин уже более 14 млн. брт тоннажа и смогли восстановить менее половины. И с этого же времени подводные лодки стали спускать на воду со скоростью пять лодок в неделю.

Однако события развивались драматически, апрель принес поражение, от которого германский флот так и не оправился до конца войны. В следующем важном бою с конвоем, на этот раз с ONS-5 в начале мая, было потоплено 13 транспортных судов, но и потери лодок составили 8 единиц. Дениц, видя признаки надвигающейся катастрофы, предупреждал Гитлера еще в сентябре 1942 г.

Экипаж U-57I наблюдает за последними мгновениями транспорта.

Экипаж U-57I наблюдает за последними мгновениями транспорта. На этой лодке расположение вентиляционных каналов соответствует более общепринятому для серии VIIC, где перекрытые решетками каналы выходят у кормовой кромки ограждения рубки.

Для этого перелома было три основных причины, каждой из них по отдельности было недостаточно, но, действуя вместе, они позволили изменить ход войны на море не в пользу Германии.

Первой и самой важной причиной стала победа союзников в технологической войне. В борьбе идей, которая продолжалась в течение трех лет, к началу 1943 г. союзники достигли полной победы. Радар использовался союзниками с 1940 г., когда он впервые был установлен на самолете Берегового командования, но на этом этапе радары были неточны и ненадежны. В середине 1942 г. был создан новый радар дециметрового диапазона с гораздо большей точностью и дальностью обнаружения. Но на этот раз немцам улыбнулась удача. Они обнаружили, что французы в ходе еще довоенных экспериментов разработали прибор, названный «Метокс», который работал в дециметровом диапазоне и мог быть легко приспособлен для использования в качестве детектора излучения радара. С антенной на импровизированном деревянном перекрестии, так называемый «Бискайский крест», оснащенные прибором «Метокс» подводные лодки получали достаточно раннее предупреждение, чтобы в случае опасности успеть скрыться под водой. Это состояние продолжалось до февраля 1943 г., когда лодки начали подвергаться атакам, не получая сигналов от прибора «Метокс». Союзники стали использовать новый радар более короткого, сантиметрового, диапазона, в котором «Метокс» был уже нечувствительным.

Убежденные своими учеными, что создать сантиметровый радар технологически не возможно, немцы потратили шесть месяцев, пока не появились первые готовые к использованию детекторы сантиметрового диапазона «Наксос», и год, пока они не стали доступны в необходимом количестве.

Ряд других технических достижений дополнили эффективность нового радара. Среди них были «Leigh Light» – особо мощный авиационный прожектор; превосходная HF/DF техника (от High Frequency Direction Finding – высокочастотный поиск по направлению) обеспечивала кораблям эскорта практически нулевую погрешность даже при кратковременном излучении; противолодочный бомбомет «Hedgehog» («ёж») выпускал залп своих глубинных бомб вперед перед атакующим кораблем, позволяя поддерживать гидроакустический контакт; а также еще ряд новых идей и усовершенствований, появившихся уже в ходе войны.

Вторым фактором был стремительный рост в начале 1943 г. эскортных сил, как воздушных, так и надводных. «Воздушная брешь», район Атлантики, не прикрытый воздушным патрулированием, постепенно сокращался в ходе всей войны. Новые базы в Исландии и на Азорских островах помогли уменьшить эту брешь в 1942 г., но значительное увеличение патрульных самолетов с большим радиусом действия (6 до 60 в течение января-февраля 1943 г.) и появление на маршрутах движения конвоев эскортных авианосцев позволило раздвинуть границы зоны воздушного патрулирования и прикрыть весь путь через Атлантику. Важность этого трудно переоценить, поскольку 46% подводных лодок было потоплено авиацией.

Кроме того, в начале 1943 г. резко возросло число надводных эскортных кораблей, имевшихся в распоряжении союзников. С одной стороны в строй начали вступать корабли массовой постройки заказов военного времени, а с другой – освободилось большое число кораблей, использовавшихся для сопровождения конвоев в ходе высадки в Северной Африке (операция «Торч»). Имевшихся эскортных кораблей было столько, что теперь на каждый конвой выделялось не менее 12 единиц, но что более важно, были сформированы отдельные эскортные группы из 3-5 кораблей. Поскольку 2 или 3 корабля могли эффективно атаковать лодку под водой, теперь не было необходимости ослаблять оборону конвоя перед схваткой с остальной частью группы лодок. Теперь эскортная группа могла преследовать лодку с улучшенной техникой, бомбометами «Хеджехог» и весьма высокими шансами ее потопить.

И третьим фактором было то, что даже без повышения обороноспособности союзники не могли потерпеть поражение в битве за Атлантику. Дениц значительно недооценивал судостроительные мощности США. Показатель в 700000 брт потопленного грузового тоннажа союзников ежемесячно, показатель, который должен был принести победу в войне за тоннаж, основывался на оценке, что в 1943 г. Британия и США вместе смогут построить менее 8 млн. брт новых грузовых судов. В действительности только с американских верфей было спущено почти вдвое больше. К июлю 1943 г. тоннаж вновь спущенных судов превысил все военные потери. Чтобы угнаться за таким уровнем нового судостроения, подводные лодки должны были удвоить свои успехи, и это в то время, когда даже их способность выжить в открытом океане была уже под вопросом.

U-25 готова к бою

Только что выкрашенная по устрашающей схеме, U-25 готова к бою. Акульи челюсти и эмблема из черепа с костями были на лодке только в первом ее военном походе, позднее их заменил более известный мухомор. Достойно внимания расширение под орудийную платформу и ограждение магнитного компаса, выступающее перед рубкой.
Остальные модификации рубки включают расширение выступа по верхней кромке ограждения, чтобы он служил как ветроотбойный щиток и еще один выступ вокруг рубки примерно посередине для защиты от брызг. Над рубкой видна антенна радиопеленгатора (FPR).
Моряк на переднем плане одет в типичную раннюю верхнюю одежду. На нем стандартные для подводных лодок кожаные штаны, поверх них темно-синий бушлат и шарф от холода. Только морская бескозырка раннего образца, которая быстро была заменена темно-синей пилоткой, свидетельствует о дате его костюма. Надпись на ленточке бескозырки гласит «2. U-bootsflottille» – 2-я флотилия подводных лодок.

            

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *