Наследие сарматов

На протяжении столетий считали, что сарматы были предками славян. Они жили на одних и тех же землях, а когда в V веке сарматы исчезли, в это же время появились славяне. Вплоть до XVIII века славянские земли метафорически называли «европейской Сарматией».

Лингвисты и археологи потратили много времени на борьбу с этой теорией, хотя попутно им удалось установить заметное влияние сарматских наречий на славянские языки, искусство и религию. В наше время считается, что сарматы вполне могли войти в состав протославянского субстрата. Название таких славянских народов как сербы и хорваты, по-видимому, представляет собой славянизированные аланские названия. Миф о сарматских предках был особенно силен в Польше, где сарматов практически никогда не было. Польская геральдика содержит множество элементов, напоминающих сарматскую тамгу. На протяжении XVII века польская знать страстно поддерживала миф, развивая псевдосарматскую моду, проявлявшуюся в различных якобы кочевых деталях костюма и прически.

Сарматское влияние на римскую конницу
Сарматы были одними из наиболее опасных и настойчивых врагов Рима. Их мобильная кочевая тактика и использование тяжелой конницы, вооруженной копьями, оказались для Империи неприятным сюрпризом. В течение долгого времени единственным способом борьбы с сарматами для римлян было отсиживаться за Дунаем. В 69 году несколько язигских князей поступило на службу Риму. С их помощью планировалось стабилизировать ситуацию в Мезии. Но язиги оказались слишком корыстолюбивыми, чтобы быть надежными. Однако, на протяжении нескольких десятилетий язиги оставались союзниками Рима.

Довольно быстро римляне начали копировать сарматский стиль ведения боя. В период Адриана основной тактикой римской конницы стала «атака копьями на манер аланов или сарматов» (Арриан, «Искусство тактики»). К этому времени в составе римской конницы появились два новых типа воинов: catafractii и contarii. Первые римские катафракты, несомненно, имели прототипом парфянских катафрактов, зато контарии были прямым заимствованием у сарматов. Первой частью кантариев стала Ala I Ulpia cantariorum militaria, сформированная вскоре после завершения войн Траяна с даками. Римское надгробье из Северной Африки, датированное 145-148 гг., изображает контария из Ala I Cannenefatium. Эта ала комплектовалась выходцами из Паннонии. Покойный изображен на надгробье в соответствии с принятыми в римском искусстве условностями, то есть без шлема и доспехов, но с длинным копьем, которое он держит характерным двуручным захватом.

Как мы уже могли видеть, римляне переняли у сарматов и другие детали: драконий штандарт и каркасный шлем. Возможно, римское рогатое седло также заимствовано у сарматов.

Другие следы влияния сарматов не столь очевидны, но не менее важны. Многие ученые считают, что именно они обусловили возникновение средневековой рыцарской конницы.

Сарматы, Король Артур и средневековое рыцарство
Из 8000 конных язигов, изгнанных со своих земель Марком Аврелием в 175 году, около 5500 человек переселились в Британию, где они служили в составе римской армии. Более полувека спустя в Брементеннакуме (современный Рибчестер под Ланкастером) продолжал дислоцироваться отряд сарматской конницы. Это был так называемый numerous, который принято считать равным 500 человек. Мраморное надгробье сарматского драконария обнаружено в Честере. Присутствие сарматов в Британии прослеживается вплоть до начала V века.

По мнению некоторых историков, именно британские сарматы послужили причиной появления легенды о короле Артуре. Исторический Артур жил в V веке, когда конница не играла заметной роли в войне на территории Британии, поэтому потомки сарматов могли оказаться заметными на общем фоне. Почти уверенно можно утверждать, что сарматский обычай клясться на мече, воткнутом в землю, послужил прообразом артурианского «меча в камне». Огромное уважение, оказываемое рыцарем своему мечу, очевидно, коренится в традициях иранских кочевников. Драконы, играющие большую роль в историях Артура, возможно, появились под влиянием драконьих штандартов. Весьма интригующе выглядит надгробье командующего сарматским контингентом в Британии. Это военачальник жил в конце II века, а звали его Луций Арторий Каст.

Утверждается, что сарматы предопределили внешний вид западного рыцаря. Действительно, копье было важной деталью рыцарского вооружения, а наличие коня было обязательным требованием к рыцарю. Однако, сарматы вряд ли были «создателями» феодальной системы. Действительно, копье было важной деталью рыцарского вооружения, а наличие коня было обязательным требованием к рыцарю. Однако, сарматы вряд ли были «создателями» феодальной системы. Действительно, среди них существовали отношения типа «вассал-сюзерен», но точно такие же отношения наблюдались и среди кельтов с германцами задолго до появления в Европе сарматов. Вероятно, именно в германских обычаях кроются корни феодализма и рыцарства.

За годы тесного соседства германские племена, обитавшие на Эльбе (в первую очередь свевы, маркоманы и квады), а также восточногерманские племена (готы и вандалы) усвоили многие сарматские «военные обычаи». Наиболее явственно сарматское влияние на германцев прослеживается в поведении у германцев животных мотивов в изобразительно искусстве. Современные ученые выделяют по крайней мере четыре характерных типа украшений в германском искусстве. Сарматским по своему происхождению также был обычай украшать головку меча красным гранатом в золотой оправе. Этот обычай распространился по всей Европе и был особенно заметен в период царствования династии Меровингов.

Готы переняли у сарматов конную тактику боя. Эта «сарматизация» германцев, по-видимому, сыграла пусковую роль в развитии европейского рыцарства. Споры вокруг роли сарматов в формировании европейского рыцарства не утихают. Недавно появилась новая теория, согласно которой сарматы какое-то время продолжали жить в долине Луары (Арморика), повлияв при этом на своих соседей бретонцев. Высказывается даже предположение, что непонятный маневр бретонской конницы в битве при Гастингсе в 1066 году представляет собой характерную тактику кочевников, сохраненную потомками аланов.

Боспорская надгробная стела

Боспорская надгробная стела Родона, сына Гелиоса, начало I в. н.э. Отец семейства изображен в короткой тунике, штанах плаще, застегнутом на правом плече. В руке он держит большой овальный щит с небольшим умбоном. Сын держит шлем. Различимы вертикальные полосы и височные пластины.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *