Падение Константинополя

26 мая султан Мехмед созвал военный совет. Кандарли Халиль все еще ратовал за компромисс и подчеркивал нависшую опасность с Запада, но Заганос-паша настаивал, что на сей раз западные противники не успеют объединиться. Он также указал, что кумир Мехмеда, Александр Великий, победил половину мира, будучи еще совсем молодым человеком. Тогда Мехмед направил Заганос-пашу узнать, что говорят в войсках о перспективе осады.

В тот же день 27 мая султан объехал все войска, возвестив им, что в скором времени он объявит решающий штурм. За ним следовали глашатаи, повсюду провозглашавшие, что по обычаю ислама город будет отдан борцам за веру на полное разграбление в течение трех дней. Султан также поклялся бессмертным Аллахом и его пророком, четырьмя тысячами пророков, душой своего отца и жизнью детей, что вся добыча, захваченная в городе, будет справедливо распределена между воинами. Эти слова были встречены громкими криками радости. Стоявшие на городских стенах слышали, как ликующие толпы мусульман беспрестанно выкрикивали: «Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк его».

В эту ночь, как и в предыдущую, огни и факелы освещали толпы турок, которые все несли различные материалы для заполнения рва, а также складывали возле него горы оружия и боеприпасов. Этой ночью они работали с особым воодушевлением, с песнями и возгласами, под звуки флейт и барабанов, лютней и дудок. Огни были настолько яркими, что у осажденных на какой-то момент мелькнула надежда, н е загорелся ли турецкий лагерь, и они поспешили на стены посмотреть на большой пожар. Некоторые думали, что враг сжигал свои палатки перед отступлением. Когда же они поняли действительную причину этого зарева, им оставалось только пасть на колени и молиться. В полночь все огни были погашены, и движение в турецком лагере прекратилось.

Защитники, однако, провели ночь в восстановительных работах по укреплению стен и расчистке рва. Джустиниани Лонго также послал сообщение Луке Нотарасу, требуя его резерв артиллерии. Нотарас отказался. Лонго обвинил его в предательстве, они уже были готовы передраться, когда в их ссору вмешался император.

Следующий день султан объявил днем отдыха и покаяния, чтобы его воины могли подготовиться к решительному штурму , назначенному на вторник. Сам он провел день, объезжая войска и отдавая последние приказания. Прежде всего, он проехал со своей громадной свитой по мосту через Золотой Рог к Двойным Колоннам, где встретился с адмиралом Хамза-беем. Ему было приказано на завтра прорваться со своими кораблями через заграждение и развернуться вдоль стен, выходящих на берег Мертвого моря. Матросам надлежало раздать приставные лестницы, и они должны будут по возможности высадиться или с самих кораблей, или с лодок и взобраться на стены, а если это окажется невозможным, то, по крайней мере, постоянно создавать видимость атаки с тем, чтобы ни один из защитников приморских стен не мог быть переброшен к Влахернскому дворцу. Когда Мехмед ехал обратно, намереваясь дать такие же указания кораблям, находившимся в Золотом Роге, он остановился против главных ворот Перы и вызвал к себе высших должностных лиц колонии. Им было строго приказано проследить, чтобы на следующий день ни один из жителей Перы не оказывал Константинополю никакой поддержки: если же они не выполнят этого, он их немедленно накажет. Затем султан вернулся в свой шатер. Пополудни он не спеша объехал всю линию сухопутных стен, беседуя с командирами и обращаясь со словами воодушевления к солдатам, расположившимся на биваках. Убедившись, что все обстоит как надо, он позвал на совещание в свой шатер визирей и военачальников. Караджа-паша и румелийские войска атаковали Харисийские ворота. Исхак-паша и Махмуд-паша с анатолийскими войсками наступали на участке между воротами Святого Романа и берегом Мертвого моря, сосредоточившись вокруг Третьих военных ворот. Султан Мехмед, Кандарли Халиль и Саруджа-паша направляли свой главный удар по долине Ликос.

После полудня, когда солнце слепило глаза защитников, турки начали засыпать ров, в то время как их артиллерия переместилась как можно ближе к стенам. Турки направили часть сил и в Золотой Рог, распределив атакующие отряды между Ксилопортом и Хорайскими воротами. Предполагалось вести атаки с нескольких направлений, чтобы защитники города не могли перебрасывать резервы с одноного участка обороны на другие. Приготовлениям немного помешал дождь, но работы продолжались приблизительно до половины второго ночи 29 мая.

оттоманская артиллерия

Оттоманские артиллеристы устанавливают огромное орудие на позиции перед началом осады. Ими руководит венгерский артиллерист.

              

Добавить комментарий