Осада Константинополя начинается

Днем 2 апреля перегораживающая цепь была натянута поперек устья залива Золотой Рог, султан Мехмед II и сопровождающие его лица установили свои палатки на холме Мальтепе напротив ворот Святого Романа. 6 апреля большая часть оттоманской армии выдвинулась из мест сосредоточения, развернувшись в осадные порядки приблизительно в 1,5 км от Константинополя, затем пододвинулась вперед на линию осады. Румелийские войска располагались на левом фланге, султан – в центре, а анатолийские войска – на правом фланге. Часть войска находилась в резерве, включая большую часть дворцовых полков, вспомогательные войска и добровольцев. Заганос-паша и Караджа-бей также возглавили несколько тысяч людей, чтобы занять другую сторону Золотого Рога, в то время как небольшое подразделение под командованием Касим-паши было послано патрулировать в Галату.

Оттоманский воин-пехотинец

Вид спереди и сзади на защитные доспехи оттоманского тяжелого пехотинца XV века. Его доспехи выполнены по смешанной пластинчато-кольчужной технологии.

Архиепископ Леонард сообщал, что подступавшие оттоманские отряды для защиты и маскировки несли перед собой плетеные решетчатые щиты из древесных веток. Он также утверждал, что они могли бы быть атакованы в этот момент, прежде, чем они заняли свои осадные укрепления. Впрочем, хроники Леонарда – сплошное брюзжание в стиле «я говорил, что делать надо было не так»…

Турецкие осадные укрепления длиной более 4 км тянулись от берега Мраморного моря до Золотого Рога и состояли из траншеи с земляным валом, с деревянным палисадником с воротами и деревянными башенками. Теперь противники были настолько близко, что турки дразнили греков, угрожая поймать их за длинные бороды и посадить на привязи, как собак.

Размер оттоманской армии, стоящей перед Константинополем, был сильно преувеличен и возможно включал чуть более 80 тысяч воинов. Большую часть из них составляла конница, хотя теперь она билась в пешем строю. И снова цифры, приведенные Джакомо Тедальди, вероятно наиболее близки к истине. «В осаде, — писал он, — участвовало в целом 200 000 человек, из которых 60 000 были солдатами (остальные являлись чернорабочими или нестроевыми), от 30 000 до 40 000 из них – конница».

Утром 6 апреля император Константин XI присоединился к Джустиниани Лонго у ворот Святого Романа. Турецкий артиллерийский обстрел также начался в этот день и продолжался 7 апреля, сбивая часть стены около Харисийских ворот. На второй день большое орудие Урбана, стоящее перед Влахернским дворцом, начало перегреваться. Чтобы охладить орудие после каждого выстрела, пушку стали поливать специально завезенным маслом, но 11 апреля скрепляющие обода пушки начали лопаться, а пороховые газы опасно сочиться через образовавшиеся щели… Но постоянной проблемой для оттоманских артиллеристов была апрельская грязь, в которой застревали их орудия при переброске с позиции на позицию.

Первый оттоманский приступ начался 7 апреля на центральном участке сухопутных стен. Плохо экипированные ополченцы и добровольцы двинулись с большим энтузиазмом, поддержанные лучниками и стрелками из пищалей, но были встречены защитниками на передовых укреплениях и с относительно небольшими потерями тут же откатились назад. Поврежденные участки стены за ночь были приведены византийцами в исходное состояние. Византийские орудия, которыми командовали братья Боккирди, действовали очень эффективно. В течение всей осады дефицит пушек у Византии вынуждал христианскую артиллерию отказаться от контрбатарейной борьбы, а сосредоточиться на расстреле пехоты. С последней задачей византийские пушки справлялись очень успешно, чаще всего они вели огонь не ядрами, а картечью из пяти-десяти пуль размером с грецкий орех.

В течение первых дней осады защитники сделали несколько вылазок, но Джустиниани решил, что потери превышают достигаемые выгоды, так что он запретил вылазки, сосредоточив людей на внешнем контуре главных стен. Наступила короткая пауза, в течение которой султан Мехмед приказал переместить несколько артиллерийских батарей на наиболее перспективные участки. 11 или 12 апреля турки вновь открыли артиллерийский огонь, после чего он продолжался почти непрерывно. Приблизительно в эти дни в качестве наблюдателя в оттоманский лагерь прибыл венгерский посол, и согласно историку Дуке, советовал турецким артиллеристам как лучше размещать свои орудия. Предварительно они стреляли по одной точке, при этом старались попасть средними и легкими ядрами как бы в три вершины треугольника. После этого следовал выстрел одного из «гигантских» орудий, которое нацеливалось в центр треугольника. Джакомо Тедальди сообщил, что артиллерия султана выполняла примерно 100-150 выстрелов в день, потребляя 500 пороха. Размер пушечных ядер ужасал. Эти боеприпасы для оттоманских артиллеристов были достаточно ценны, потому под стрелами турки рисковали, но сетями вытягивали ядра из рвов для повторного применения.

              

Добавить комментарий