Константинополь и война на море

Мехмед послал отряды с легкой артиллерией, чтобы захватить отдаленные византийские форты в Ферапии и Студии. Первое нападение оттоманского флота на перегораживающую цепь в устье Золотого Рога было, однако, неудачным, и Балтоглу решил ждать прибытия дополнительных судов из Черного моря. 12 апреля оттоманский флот был снова отброшен, а более высокие суда малочисленного христианского флота пробовали даже атаковать отставшие турецкие суда.

Побережье Килиоса

Побережье Килиоса (Kilios) к западу от северного входа в Босфор. В турецкой части Фракии есть очень много гаваней, и все они не имеют природной защиты от сильных штормов и бурь, приходящих с севера. В прошом большая часть этих территорий оставалась под властью Константинополя до середины XV столетия.

Ночью 17-18 апреля турки предприняли неожиданное нападение на городские стены в секторе Мезотейхон, но после четырехчасового сражения защитники отбили все атаки. На следующий день, вероятно для поддержания морального состояния войск, Балтоглу был послан захватить Принцевы острова в Мраморном море. Только самый большой их этих островов – Принкипос – попытался оказать сопротивление. На самой высокой точке острова, рядом с его главным монастырем, находилась мощная башня, построенная монахами для защиты от пиратов. Немногочисленный гарнизон башни из 30 человек сдаться отказался. Балтоглу захватил с собой несколько пушек, однако их ядра были бессильны повредить толстые каменные стены башни. Тогда турки, собрав большую массу хвороста, обложили башню и, когда поул благоприятный ветер, подожгли, добавив в огонь серы и дегтя. Вскоре пламя охватило башню. Часть защитников погибла внутри нее; те же, кому удалось вырваться из огня, были схвачены и казнены. Затем Балтоглу продал в рабство всех жителей острова – в наказание за то, что они допустили сопротивление султану. Но это был последний триумф Балтоглу.

Первые две недели апреля непрерывно дул сильный ветер. Три генуэзские галеры, нанятые папой и наполненные оружием и припасами, вынуждены были из-за шторма отсиживаться у острова Хиос. Однако 15 апреля ветер неожиданно переменился на южный, и корабли немедленно взяли курс на Дарданеллы. На подходе к проливу к ним присоединилось большое византийское грузовое судно с зерном, закупленным на Сицилии; судном командовал опытный моряк по имени Флатанелас. Дарданеллы никто не охранял, так как весь турецкий флот был в тот момент сосредоточен у Константинополя, и корабли довольно быстро вошли в Мраморное море. В пятницу утром 20 апреля дозорные на обращенных к морю стенах увидели их приближение к городу. Заметили их и турецкие наблюдатели. Мехмед немедленно вскочил в седло и поскакал кратчайшим путем к Балтоглу с приказом захватить корабли, а если это не удастся, то потопить их, но ни в коем случае не пропустить их в город.

Балтоглу немедленно объявил на своих кораблях боевую тревогу. Он не мог использовать парусные суда, так как они были не в состоянии двигаться против сильного южного ветра; всем остальным кораблям было приказано выйти с ним. Султан приказал посадить на галеры часть своих отборных войск. На некоторые из них установили пушки, другие усилили щитами. Через два-три часа громадная флотилия под всплеск тысяч весел отошла от берега. Турки, уверенные в победе, плыли под бой барабанов и звуки труб. Все жители Константинополя, не занятые на боевых постах, столпились на склонах Акрополя или на верхнем ярусе громадного полуразрушенного ипподрома. Они с волнением следили за приближавшимися христианскими кораблями, в то время как султан и его окружение наблюдали за событиями с берега Босфора непосредственно за стенами Перы.

Когда вскоре после полудня турки приблизились к христианским судам, те уже обогнули юго-восточный выступ города. Балтоглу с передовой триремы прокричал им, чтобы они спустили паруса. Однако те продолжали свой путь. Тогда передовые суда турок пошли на сближение. При этом турки оказались в зоне течения Босфора, противоположного направлению ветра, а в таких условиях триремам и биремам было трудно маневрировать. Кроме того, христианские корабли обладали преимуществами в виде более высоких бортов и лучшего вооружения. С палуб высоко расположенных кормы и носа матросы могли пускать стрелы копья, кидать камни в турецкие корабли, значительно ниже сидящие в воде; турки же ничего не могли поделать, кроме попыток пойти на абордаж или поджечь корабли противника. Почти час христианские корабли плыли, плотно окруженные турецкими судами, успешно отбрасывая их в сторону. Но внезапно, когда они огибали мыс Акрополя, ветер стих, и их паруса бессильно повисли. В этом месте течение Босфора, наталкиваясь на мыс, разветвляется; основная его часть продолжает идти в южном направлении, другая же поворачивает на север, к берегу Перлы; сила этого обратного течения бывает особенно ощутима в момент, когда стихает южный ветер. Именно оно подхватило христианские корабли после того, как они почти достигли городских стен, их начало медленно относить к тому самому месту, откуда султан следил за битвой.

              

Добавить комментарий