Византийские командиры

Обычно о победителе в истории сохраняется больше сведений, чем о побежденном, но и из этого правила бывают исключения, одним из которых и является битва при Ярмуке. Единственной хорошо описанной фигурой среди участников этого сражения остается сам император Ираклий. Он был храбрым, стратегически мыслящим правителем, первым императором, сумевшим полностью реорганизовать армию и заложить в нее принципы формирования, сохранившиеся на многие поколения. Ираклий принял греческое звание василевса в 629 г., при этом потребовав поступать так всем императорам в дальнейшем, ссылаясь на божественное право, окончательно отбросив латинские титулы, использовавшиеся предыдущими правителями. Его историографы старались изобразить императора Византии чуть ли не религиозным фанатиком, затеявшим крестовый поход для возвращения христианам одной из важнейших реликвий — Дерева Святого Креста, чем в немалой степени поднял моральный дух своих войск. Но реальная фигура тонко мыслящего стратега Ираклия, железной рукой воссоздавшего уничтоженную византийскую армию и положившего жизнь на уничтожение империи Сасанидов, мало вяжется с религиозным фанатизмом. Хотя история с остатками креста Иисуса действительно Мало известно о брате Ираклия Феодоимела место. Проводились параллели между ранними победами Ираклия и легендарными победами военачальников Ветхого Завета. Биограф императора, Георгий из Писидии, даже использовал брачные проблемы Ираклия, чтобы провести параллель между византийским императором и древним царем Давидом.

Византийский пеший стражник

В течение VI столетия на экипировку римско-византийской армии сильно повлияло вооружение и доспехи соседних народов. Германское влияние видно в экипировке пехоты. Византийский пеший стражник, показанныый здесь, одет только в короткую кольчужную рубашку.

Репутация непобедимого Ираклия явно настораживала мусульман на ранних стадиях их экспансии, но он так и не возглавил свою армию ни в одном сражении против мусульман. Хроники показывают, что Ираклий был очень способным военачальником, был склонен к анализу и сомнениям, заботился о войсках и народе. Он лично знал географию Сирии, но стремился не мешать тактическим планам своих офицеров. К сожалению, император не обладал талантом выбирать себе толковых командиров. Ко времени мусульманского вторжения в Сирию Ираклий был уже очень болен, страдая от водобоязни и «водянки» (вероятно, сразу несколько форм рака с метастазами). Его самым большим военным достижением было восстановление границ Византийской империи, утраченных еще в годы царствования императора Маврикия (Maurice). А трагедия Ираклия заключалась в быстрой потере отвоеванных территорий под давлением набиравшего силу ислама Мало известно о брате Ираклия Феодо-ре, куропалате (kouropalates), или старшем офицере, командовавшего византийскими силами при Ажнадайне (Ajnadayn). Он находился в политической оппозиции к Мартине, новой жены императора, но был, тем не менее, опытным генералом, выигравшем несколько кампаний против армии Сасанидов на востоке. Мусульманские летописцы изображают его как агрессивного, безрассудно смелого воина, проигнорировавшего инструкции императора ожидать подкреплений. Различные восточные источники христианства также обвиняют его в крахе Византии. После Ажнадайна Ираклий был явно рассержен на своего брата за его военные неудачи и за бегство с поля боя, так что он отозвал Феодора из армии в столицу. Возможно, что при Ярмуке решительный Феодор сумел бы лучше распорядиться численным перевесом византийцев.

Еще меньше известно о Феодоре Три-фориусе (Trithourios), который командовал византийской армией, пытавшейся выбить мусульманских захватчиков из Сирии в 636 г. Именно он был разбит при Ярмуке. Феодор Трифориус был византийским сакелла-рием (Sakellarios), иными словами — казначеем. Это свидетельствует, что император волновался о проблеме выплаты жалования своим солдатам и поддержания тем самым их морального духа. Название профессии настолько «пристало» к его имени, что во сесть на Сасанидской трон многих изданиях его используют как фамилию — Феодор Сакелларий. Он, возможно, еще был Magister Militum per Orientem -«Магистром войск Востока» (эта должность предполагает, что он был евнухом).

Вахан (Vahan), полевой командир византийцев при Ярмуке, был армянином и, вероятно, знал Ближний Восток лучше, чем только что прибывший на театр военных действий Феодор Трифориус. Как командир региональных сил в Эмесе, Вахан был вторым после императора в военной иерархии Византийской Сирии. Он, возможно, командовал атакой свежих отрядов, присланных с его родины — из Армении и из Константинополя, также включавших и местные арабские силы.

Никетас (Niketas) — еще один старший византийский офицер при Ярмуке. Его история особенно интересна. Он был сыном знаменитого персидского генерала Шахрба-раза (Shahrbaraz), неоднократно водившего армии Сасанидов на Сирию. Поэтому Никетас отлично знал район боевых действий. Шахрбараз перешел на сторону Ираклия за четыре года до окончательной победы над Сасанидами и получил византийскую поддержку во время его собственной попытки на короткий промежуток времени он действительно возглавил империю. Говорят, что Шахрбараз сочувствовал христианам, а его сын Никетас почти наверняка был христианином. Почти ничего не известно о солдатах, которыми командовал Никетас, скорее всего, это были персидские подразделения в Сирии, которые не могли или не захотели возвращаться домой после недавнего поражения Сасанидов. Лояльность Никетаса к Византии, возможно, была не до конца искренней, поскольку несколько источников свидетельствуют, что после сражения при Ярмуке он попытался перейти к мусульманам.

Чуть больше сохранилось сведений о Джабале (Jabala), последнем царе гассанидов, возможно потому, что он был арабом-христианином и немало пролил крови своим мусульманским противникам. Четверть столетия Джабала вел тяжелые бои против сасанидских врагов Византии. Он выдержал сражение при Ярмуке и пытался заключить мир с новыми мусульманскими правителями Сирии. Однако Джабала не сумел договориться с халифатом и ушел с большей частью своих последователей на византийские земли, до конца жизни он сражался против мусульман. В конечном счете, именно его упорство привело к созданию стратегической границы между Империей и мусульманами в Шарзионе (Charsionon -Каппадокия), в центральной Анатолии, где его потомки и их последователи на несколько столетий стали заслоном на пути мусульманских набегов. Они потеряли свои земли и свой арабский язык, но не познали предательства и военного бесчестия. Много позже византийский император Никефорус (Nicephorus, 802-811 гг.) был потомком гассанидского царя Джабалы.

              

Добавить комментарий