Византийская Сирия: арена конфликта

Сражение при Ярмуке (Yarmuk) в 636 г. во многом было переломным моментом в истории. Если б византийцы победили в этом бою, греко-латинское доминирование на Ближнем Востоке могло бы продолжаться далее, а средневековая Европа, возможно, так и не вступила б в культурные контакты с Востоком, открытые ей мусульманской цивилизацией. Вместе с культурными ценностями не узнала б Европа и о мусульманстве: религия ислама на долгие годы, если не навсегда, осталась бы религией только Аравийского полуострова.

Победа при Ярмуке, ставшая первым крупным шагом арабо-мусульманской интервенции в VII столетии, осталась малозаметным событием, редко обсуждаемым за пределами небольшого круга специалистов. До наших дней дошло всего несколько хроник. И хотя некоторые описания в них детализированы до крайности, доверия к этим документам нет, поскольку писались они поколение, а то и более, спустя. В них очень трудно отделить факты от героического мифа. В наше время маятник исторических оценок несколько отклонился от исходной точки зрения западных историков начала XX столетия — «все вымысел» в сторону частичного признания, что в основе описаний лежат «художественно приукрашенные исторические факты».

Сирийские племена арабов-христиан

Сирийские племена арабов-христиан в большинстве своем были богаче арабских племен Аравийского полуострова. Они также были гораздо опытнее в военных вопросах и лучше вооружены. В результате, как Византийская империя, так и набирающие силу мусульмане горели желанием заручиться их поддержкой.

О Сирии в последние годы византийского правления сохранилось относительно много сведений и описаний. С запада эта провинция была ограничена Средиземным морем, вдоль которого тянулась приморская зона. Далее от берега простирались районы интенсивного сельского хозяйства, а еще дальше шел почти безлюдный район «пустыни». Побережье было в значительной степени заселено греками; древние сирийцы и арамейцы, а также семитские народы населяли сельскохозяйственную зону, в то время как полупустынные степи были уже арабскими. В больших городах превалировали греки, хотя население этих полисов было очень разнородным (впрочем, как и вся провинция). Здесь жили и крупные еврейские общины, уроженцы Грузии и Армении, а также говорившие по-латыни европейцы. Использование греческого языка не было повсеместным, это доказывает, что далеко не все население однозначно считало себя «византийцами». Потому и однозначность принадлежности этих земель к Византии можно было поставить под сомнение.

К северу от реки Ярмук (она протекает по современным Сирии и Ливану) византийское местное управление и оборона опирались на города, некоторые из которых существовали уже тысячи лет. Южная Сирия, та, что сейчас является Иорданией, Израилем и оккупированными территориями палестинского государства, помимо процветающих городов включала огромные византийские имперские имения и церковные земли. Обороноспособность Сирии была высока: все города имели мощные фортификационные сооружения, а некоторые из них служили местами базирования весьма крупных постоянных гарнизонов. Север жил под угрозой персидского вторжения, тогда как на юге за любыми политическими конфликтами и неурядицами непременно следовал опустошительный набег бедуинских племен.

Сирия наряду со многими другими провинциями Византийской империи в середине VI столетия перенесла ряд природных и военных ударов: землетрясения, несколько эпидемий чумы, экономический кризис, вызванный изменением караванных путей, вторжения персов-сасанидов и тяготы сасанидской оккупации. Наихудшими из всего перечисленного были землетрясения и чума. Серия эпидемий, начавшихся в 540 г., унесла почти треть населения в городах, наполненных крысами-переносчиками чумы. Тем временем жившие в палатках кочевники фактически избежали этой напасти. Среди многочисленного арабо-говорящего населения Византийской Сирии было немало христиан, в то время как другие арабы исповедовали еврейскую веру или оставались язычниками.

Естественные особенности рельефа и имеющиеся дороги играли существенную роль в завоевании Сирии арабами-мусульманами. На севере провинции горы ограничивали возможность набегов. Труднопроходимым барьером они тянулись вдоль побережья, а затем отклонялись на восток, уходя в предгорья Анатолии. В центре и на юге поселения располагались в обширных глубоких долинах, врезавшихся в полупустынное плато. Все реки текли в направлении с востока на запад, за исключением нескольких потоков в Иордании и в долине Бикаа. Главным торговым, перевалочным и военным центром этого региона была Эмеса (Emesa, по-местному Химс [Hims]). Здесь собирались византийские войска для обороны севера Сирии. В Палестине аналогичную роль играла Цезарея Маритима или Кейсария (Caesarea Maritima или Qaysariya). Римская дорожная система находилась в относительном порядке, централизованно выделялись средства на ее ремонт. Тем не менее, требовалось несколько дней, чтобы перебросить пехоту из Цезареи в Газу (Ghazzah). Конница, которая теперь составляла основную ударную силу армии, двигалась, естественно, быстрее. Чтобы сберечь лошадей верховые скакали не по брусчатке, а использовали расчищенные грунтовые дороги вдоль мощеных латинских трактов. Основным стратегическим путем в этом районе была дорога из Египта в Дамаск. К северу от аль Лайуна (al Lajjun) в Палестине она раздваивалась: одно ответвление шло через Голанское плато, другая дорога поворачивала вдоль верхней части иорданской долины, выполняя одновременно роль части тракта из Шины в Дамаск, а потом, пересекши Иорданию, вновь соединяясь с первой дорогой на краю Голанского плато.

Один комментарий: Византийская Сирия: арена конфликта

Добавить комментарий