Структура византийской армии

Броня для кавалеристов и лошадей по большей части была ориентирована на защиту против вражеских стрел. Элиту византийской конницы составляли катафракты (Cataphracti). На конец VI столетия византийский наездник, как правило, был вооружен копьем и луком, т.е. и по вооружению и по доспехам полностью повторял конника тюркско-персидского типа. Конная стрельба из лука была, безусловно, точнее, когда конь стоял неподвижно, но в таком случае и сам лучник был более уязвимой мишенью для вражеского стрелка или конного копейщика. В бою конные подразделения постоянно маневрировали, стремясь обойти с фланга аналогичные конные силы противника и прикрыть фланг собственной пехоты. Введение стремян во многом облегчило службу конных копейщиков и кавалеристов в целом. Впрочем, копье можно было использовать и до введения стремян, но для этого требовались специальные седла с поддержкой наездника и сбруя, позволяющая временно бросить повод, чтобы в момент столкновения схватиться за копье двумя руками. Такая манера использования двух рук для владения копьем распространилась на Среднем Востоке в постэллинистические времена.

Воин сражается с медведем

Охотничьи сцены были одним их самых популярных мотивов для создателей мозаик в середине VI столетия в Византийской Сирии. Они иллюстрируют вооружение, полностью повторяющее боевую амуницию воинов, за исключением того факта, что, как правило, охотники не носили никакой брони. На этой мозаике воин сражается с медведем, используя щит и меч. Ножны меча привязаны не к поясу, а к перевязи через плечо. (Церковь дьякона Фомы, Иордания)

Главную пешую силу византийской армии составляли лучники. Пешие стрелки были основой всех армий в Сирии в римский период. Их первоначальная роль состояла в том, чтобы остановить атаку вражеской конницы и заставить ее отступить с большими потерями. Согласно византийским военным руководствам два первых ряда лучников-пехотинцев стреляли по ногам несущихся на них лошадей, тогда как тыльные ряды поверх их голов вели стрельбу по всадникам и головам лошадей, поскольку те никак не могли одновременно закрыть щитами и себя и своих животных. Давно известно, что безупречная в древности средневосточная традиция пехотной стрельбы из лука существенно деградировала в Центральной Азии к концу VII столетия, но к моменту кампании при Ярмуке у византийцев еще хватало закаленных лучников, способных часами расстреливать несущуюся на них кавалерию, не предаваясь панике. Пеших солдат «Стратегикон» делил на тяжелых — скаутатов (Skoutatoi), и легких — псилоев (Psiloi), обычно поставленных в прямоугольные строи. Первую шеренгу составляли пешие щитоносцы, имевшие на вооружении щиты метровой или даже полутораметровой высоты. Сдвинув эти щиты, византийские пехотинцы могли составить единый «защитный вал». Византийская легкая пехота, вооруженная пращей, луком и дротиками, действовала как застрельщики в начале битвы, а потом расступалась на фланги.

Византийская армия в те времена особенно сильна была в осадной и фортификационной войне. Границы и ключевые объекты в тылу покрывали надежные крепостные сооружения (стены городов и отдельно стоящие башни). Небольшие форты, замки и башни обеспечивали защиту транспортных артерий и стратегически важных направлений в глубине своей территории. В Сирии их содержание и комплектация гарнизонами были в ведении местной администрации. Мало известный византийский военный трактат середины VI столетия, вероятно написанный армейским инженером, описал роль пограничных фортов. Перед подобным фортом неизвестный автор ставит две задачи — использование укрепления как пункта наблюдения и применение его как защищенной крепости для сбора мобильного отряда перед набегом. В случае штурма такого укрепления у защитников на стенах имелся запас порошкообразной извести, кипятка и горячих углей для врага. Растопленная смола (не «кипящая», как принято писать, а просто растопленная) с серой или без, выплеснутая со стен на деревянные осадные вражеские машины, могла облегчить поджог вражеской техники. Стены фортов против вражеских камнеметных машины могли на время боя прикрываться защитными циновками или сетками, закрепленными по верхнему краю стены на расстоянии примерно в один метр от каменной кладки. Подобный экран мог свести на нет все усилия вражеских камнеметателей. Собственные метательные машины на стенах и башнях в основном использовались для прикрытия подходов к воротам и для непосредственной защиты ворот.

Использование тактики террора и запугивания на войне в высокоразвитой «цивилизованной» Византии было развито много шире, чем у ее полуварварских соседей. Военные руководства, подобные «Стратегикону», формулировали правила, как деморализовать противника с минимальным ущербом для себя. Среди типичных приемов — развешивание отрубленных рук и голов на путях подхода врага. При осадах практиковались публичные пытки и казни прямо на стенах, чтобы внушить противнику страх.

              

Добавить комментарий