Последующие тимуриды

Тимур не сумел решить вопроса с наследованием своего трона. Сразу после смерти Тимура его государство погрузилось в пучину гражданской войны. Хаос и беспорядки царили почти все время правлений тимуридов. Некоторые из тимуридов были очень образованными людьми, покровительствующими наукам и искусствам, но никак не завоевателями. Но были среди них и талантливые полководцы. В действительности, крах империи Тимура объясняется порочностью государственного устройства, заданного Тимуром, но никак не бездарностью его потомков.

Сын Тимура Шарух сумел возродить распавшуюся было в 1404 году империю. В дальнейшем он проводил кампании против соседей, в первую очередь против набиравших силу тюрок Кара-Коюнлу. После смерти Шаруха империя распалась на несколько государств, управлявшихся различными родственниками Шаруха. Сын Шаруха Улугбек, который считался номинальным наследником, перенес центр своего государства из восточного Ирана обратно в Трансоксанию. Улугбек был не самым лучшим воином. В историю он вошел скорее как горячий поклонник астрономии, построивший замечательную обсерваторию к югу от Самарканда. После смерти Улугбека распад империи продолжился, несмотря на все усилия последующих тимуридов. Абу-Симбел потерпел серьезное поражение от Ак-Коюнлу, которые вытеснили Кара-Коюнлу на западе Ирана. В конце XV века империя окончательно впала в состояние анархии. Но даже в столь трудных условиях тимуриды смогли заявить о себе. Наиболее знаменитым из последних тимуридов был Бабар, правивший Афганистаном после того, как потерял Трансоксанию в результате нашествия узбеков. Ему же удалось учредить одну из самых долгих в истории человечества династию Великих Моголов, правившую в Индии. Весьма притягателен и последний из тимуридов – Хусейн Байкара, правивший Хурасаном в 1469 до своей смерти в 1506 году.

Хусейн Байкара начал свою карьеру как наемник, участвовавший в гражданских войнах после смерти Тимура. Захватив власть в Герате и Хурасане, Хусейн прославился как покровитель искусств, но ему также приходилось вести активные боевые действия, чтобы сохранить за собой трон. Хусейн Байкара был спортсменом и охотником, чем выделялся на фоне дегенеративной аристократии. Узбеки, которые вскоре прибрали к рукам владения тимуридов, глубоко презирали этих изнеженных существ. Хусейн Байкара также славился своей способностью много пить не пьянея, благодаря которой он пользовался уважением у узбеков. Во многом на трое Хусейн держался благодаря поддержке узбеков.

Армии тимуридов имели много общего с армией Тимура. Хотя, определенные изменения на протяжении XV века все же произошли. Основу армии по-прежнему составляли тюрки и отуреченные монголы. Управляло армией «министерство обороны» туваджи-дивани или тюрк-дивани. Шарух обычно в военных вопросах доверялся своим старшим военачальникам. Улугбек снова взял контроль над армией в свои руки, но дисциплина войск неуклонно падала. Джагатайские монголы сохраняли свою национальную идентичность на протяжении всего этого периода, а усиление позиций Кара-Коюнлу и Ак-Коюнлу привело к усилению позиций тюрок в армиях тимуридов. Необходимость вести осады сохраняла позиции иранского пешего ополчения. Шарух восстановил гератскую цитадель, почти полностью разрушенную Тимуром. В работах участвовало порядка 7 000 мастеров. Осадная техника почти не изменилась. Когда Шарух блокировал Эризнджан, он построил такие же концентрические стены, что строили монголы при осаде Багдада в 1258 году.

Важность укрепленных городов привела к тому, что последние тимуриды давали статус тархана – героя – целым городам. Крупные силы приходилось держать на уязвимой северной границе. Здесь неоднократно случалось доставлять в осажденные города конвои с зерном, когда вторгавшиеся с севера кочевники отходили пограбить округу. Однако последним тимуридам пришлось снять изолированные гарнизоны с границы в Средней Азии. Но вплоть до Хусейна Байкары тимуриды полагались на систему оборонительных фортов, способных сдержать натиск узбеков. Воины тюрко-монгольского происхождения сохраняли неприязнь к городам, и в правление Хусейна Байкары в большом количестве переходили на сторону Ак-Коюнлу.

Наиболее заметной особенностью в тактике тимуридов было активное использование боевых слонов. Уже Шарух использовал множество слонов в кампаниях против Кара-Коюнлу. Слоны образовывали ударные отряды, шедшие впереди армии. В целом, слоны действовали весьма успешно, особенно в ходе трехдневного сражения при Алашгиде в 1421 году. Армия Шаруха также использовала стада верблюдов или быков, которые гнали на позиции противника. Бегущие в панике животные вносили расстройство в боевые порядки изготовившихся к бою войск противника. Традиционно левый фланг играл роль точки заякоривания, тогда как активны наступательные действия закреплялись за правым флангом. В случае поражения армии тимуридов отходила в горы для перегруппировки, оставляя гарнизоны, которые сдерживали действия противника с тем, чтобы выиграть время для подготовки контрнаступления.

Конница играла ведущую роль даже в горах. Армия тимуридов в итоге потерпела поражение от конных же узбеков среди холмов Казахстана в 1427 году. Армия Улугбека, насчитывавшая тысячу тяжелой конницы и двадцать разведчиков, одержала победу над джагадайскими монголами высоко в горах Тянь-Шаня в 1425 году. В ходе этой кампании воины Улугбека возводили сторожевые башни, с помощью которых они следили за движениями противника. Эти башни сооружались с использованием сухой кладки. Походные лагеря армия Улугбека тщательно укрепляла. При этом армия разводила в несколько раз больше костров, чем это необходимо, с целью испугать противника своей якобы многочисленностью. Улугбек сумел провести внезапную атаку, застав противника врасплох. Это и помогло одержать победу. Тимуриды совершали неоднократные походы в среднеазиатские степи, истребляя как самих кочевников, так и их стада с целью ослабить противника. Одержав победу в решающей битве, тимуриды обычно отправляли свои элитарные полки домой, а довершение разгрома противника поручали союзникам.

Поздние тимуриды

Поздние тимуриды

1. Султан Хусейн Байкара Гератский, вторая половина XV в.
Хусейн Байкара был талантливым полководцем и большим поклонником охоты. Здесь он изображен в придворном костюме, похожем на тот, что носили и в ранний период Оттоманской империи. Традиционные для Средней Азии фасоны были заброшены в угоду исламской традиции. Султан стреляет из лука, метающего пули — исключительно охотничьего оружия. Он также вооружен внушительлного размера ножом, которым приканчивает подстреленную дичь в соответствии с мусульманским ритуалом. Остальное оружие султана обычно для восточной части исламского мира XV века.

2. Гвардеец тимуридов, середина XV в.
Эта иллюстрация дает представление о той одежде, что носили под доспехами или тяжелым халатом. Широкополая шляпа защищает лицо от солнца. Лук преброшен через плечо, по-пехотному. Гардероб дополняют широченные шаровары и двубортная рубаха. Остальное оружие обычно для восточной части исламского мира XV века.

3. Охотник, середина XV в.
Простой кочевник, служащий загонщиком в огромной охоте, организованной тимуридами. Одежда традиционна для крестьянина. Все вооружение обычно состояло из кинжала, хотя иногда его дополняла дубина.

              

Добавить комментарий