Армия мавров Андалузии

В связи со сказанным выше не вызывает удивления то, что андалузская армия была передовой. Элитарные регулярные части происходили из сирийских переселенцев, прибывших в Андалузию в VIII веке. Наиболее многочисленными были контингенты берберов и местных жителей, например дарибат аль-буут (кордовское ополчение). Воины-рабы или мамелюки обычно формировали правительственную гвардию – гашам. Однако в гашаме Гакама I (796-822) также служили и христиане-наемники. Потомки этих наемников столетие спустя образовали ядро кордовской армии – джунд.

Библейский герой, поражающий змея из "Комментариев Беата на Апокалипсис", Табера, 975 г.

Библейский герой, поражающий змея из «Комментариев Беата на Апокалипсис», Табера, 975 г. Мозарабский манускрипт изготовлен андалузскими христианами, жившими под исламским владычеством. Мозарабы комбинировали христианское и исламское изобразительное искусство. У всадника можно видеть небольшой тюрбан, намотанный поверх подшлемника (мигфар). Рубаха с длинным рукавом застегивается по-персидски, на груди. Кольчуга видна из-под рубахи.

К концу эпохи Умайядов, Андалузией фактически правили хаджибы – «премьер-министры». Хаджибы опирались на военную силу, набирая себе армии мамелюков и наемников. Наемниками в основном были берберы, хотя встречались и христиане с севера. Старый джунд постепенно утратил все свои привилегии и растворился среди других обычных полков.

В армии Андалузии служило множество религиозных добровольцев. Такая же картина наблюдалась в почти любой исламской армии того времени. Возможно, именно про них анонимный автор «Кордовского календаря» под 28 февраля сказал, что с этого дня по стране отправляются вербовочные команды, которые будут собирать воинов к предстоящей летней кампании.
Правители тугуров – пограничных провинций – набирали свои армии, используя те же контингенты, что и центральное правительство. Кроме того, нам немного известно о викингах, которым было разрешено поселиться в устье Гвадалквивира. Но эти оседлые викинги больше прославились как скотоводы и сыроделы, нежели как солдаты.

Организация умайядской армии Кордовы до сих пор вызывает споры у историков. В VIII веке андалузская конница делилась на эскадроны, но в этот период нам ничего не известно о пехоте. В начале IX века умайядский правитель Хакам I провел реформу армии, создав ее структуру, сохранявшуюся практически без изменений вплоть до конца X века, периода правления первого амиридского хаджиба аль-Мансура. В этот период армия состояла из трех основных частей.

Профессиональные полки квартировали в Кордове и ближайших окрестностях. Вторую часть армии составляли провинциальные контингенты и добровольцы. Наконец, дополнительный набор проводился для решения определенных задач. Управлением армией занималось военное министерство – диван.

Жалованье определялось статусом солдата, а статус определялся его происхождением: из сирийского джунда или местного балади. Командиры полков сообщали верховному командующему, который распределял суммы по полкам. Наиболее отличившиеся солдаты получали дополнительные премии и подарки, но большинство солдат могло рассчитывать только на долю в трофеях. Иногда выделялась третья категория солдат – нузара. Это могли быть сирийцы или местные, но служившие в резерве по условиям балади. В конце X века особый офицер саиб аль-ард отвечал за сбор и смотр солдат-берберов. В это время наметилась тенденция держать новые берберские полки отдельно от старых частей.

В андалузской армии Умайядов большое внимание уделялось военным смотрам. После объявления о мобилизации – истинфар – каждая провинция выставляла заранее определенное число воинов, которые маршем прибывали в Кодову во главе со своими командирами. Регулярные полки, а также лучшие из провинциальных полков, возглавлялись арифами – командирами, теоретически командующими сотней солдат. Для каждого полка правитель назначал пару знаменосцев. Один из двух знаменосцев отправлялся в поход, а второй оставался в Кордове с тем, чтобы сменить первого через три месяца. У собравшихся солдат проверялась экипировка и вооружение, проверку проводили люди аль-арда, который также отвечал за подготовку солдат и выплату им жалованья. Дисциплину войск обеспечивал шурта, который вместе с отрядом телохранителей (хара) подчинялся непосредственно правителю. Смотр начинался большим парадом (буруз) в Кордове или в соседнем городе-дворце Мадина аль-Захра. В течение двадцати – сорока дней правитель жил «в поле в царском шатре», проводя смотр своей армии. По результатам смотра составлялись планы. В ближайшую пятницу из главной мечети Кодовы выносились полковые знамена. Правитель той провинции (каид), с которой начиналась кампания, поднимался по тревоге, тогда как правители других провинций встречали полки, сформированные на территории своих провинций.

Система пограничных и береговых укреплений (рибат), обороняемых религиозными добровольцами, почти одновременно возникла в Андалузии, Северной Африке и Сицилии. По сути это были укрепленные монастыри. Позднее рибаты послужат примером для христианских рыцарских монашеских орденов.

Первая информация о военной подготовке исламских солдат на западе мусульманских владений относится только к XII веку. Но без сомнения можно утверждать, что и раньше андалузские воины отличались хорошей боевой выучкой. Лучники сражались в пешем строю, конных лучников практически не было. Недавно удалось определить авторство и провести датировку марокканского руководства по подготовке лучников. Это был труд ибн-Маймуна, жившего в XII веке. Благодаря этому открытию мы теперь можем говорить о «западной исламской школе» стрельбы из лука. Эта школа относилась к Марокко и Андалузии, но была мало распространена в остальных районах Северной Африки. В поло в Андалузии играли издавна, шахматы попали в Западную Европу через Андалузию.

Как правило, кампания проводилась летом. Армия подразделялась на пять полков: центр, авангард, арьергард, а также правый и левый фланг. Фланки и тыл дополнительно прикрывались отрядами легкой конницы. Походный лагерь прикрывался сторожевым охранением. С X века мы располагаем данными о том, что полевой лагерь хорошо укреплялся. До 1085 года, когда христиане вернули Толедо и вышли на равнину, боевые действия велись в горных районах, где преобладала роль пехоты. Конница в этот период использовалась для проведения дальних рейдов и для поддержания действий пехоты в бою.

Резной ларец из слоновой кости, работа Абд аль-Малик аль-Музаффара, 1005 г.

Резной ларец из слоновой кости, работа Абд аль-Малик аль-Музаффара, 1005 г. Очень детализированная резьба, можно увидеть множество интересных деталей. Искусство Гранады значительно отличалось от искусства мусульманского Ближнего Востока. Обращает на себя внимание тот факт, что все воины изображены здесь с непокрытыми головами. Стильодежды — западноевропейский.

              

Добавить комментарий