Учебная программа в германской армии

Рекруты прибывали на сбор в 30-й пехотный полк из окрестностей Гёрлица и уже знали своих земляков, проходивших службу в батальонах полка. Новички поступали в полное распоряжение командира отделения, который обычно носил знаки различия ефрейтора (Gefreiter).

Старшина взвода (Feldfwebel) находился на недосягаемой для простого солдата высоте и подключался к процессу обучения после того, как ефрейтор уже подготовил из рекрута полуфабрикат солдата. Командир взвода в звании офицера появлялся среди новичков еще реже, время от времени читая лекции о германской армии и месте германского солдата в немецком обществе. Кроме того, офицерам вменялось в обязанность доводить до сведения солдат основные направления политики НСДАП. Вообще, традиционно считается, что офицерский корпус вермахта в массе своей особых симпатий к НСДАП не питал и был настроен по меньшей мере нейтрально.

Программа обучения молодого пополнения во многом определялась материально-технической базой, которой располагали батальоны и полки, а также сложившимися традициями. Отдельные гарнизоны славились жесточайшей дисциплиной, граничащей с садизмом, в других режим был более щадящим, в третьих – упор делался не на дисциплину, но на боевую подготовку. Пополнение 30-го пехотного полка 18-й пехотной дивизии собиралось по осени в Гёрлице, Восточная Германия, совсем рядом со стыком границ Германии, Чехословакии и Польши.

На боевое сколачивание отделения отводилось 16 недель. Молодые осваивали хитрости ношения военной формы, снаряжения, амуниции. Напряженный рабочий день продолжался до ужина, вечерний прием пищи происходил в шесть часов вечера. После ужина личный состав прослушивал лекцию на идеологическую тематику, причем идеология в меньшей степени касалась роли и значения НСДАП, а в большей – традиций германской армии, конкретного полка, места в обществе германского солдата. Военную форму новобранцы получали в первый день службы, а уже на второй день, согласно неизменному орднунгу, цивильное платье рекрутов уже отправляли домой. Теперь они были в армии.

Учебный день
День начинался в 5 часов утра с побудки. Капралы и ефрейторы не церемонились, вытряхивая молодняк из кроватей. До завтрака бойцы успевали заправить кровати, выровнять по нитками кровати, отбить кромки на одеялах, одеться, побриться и умыться. Во многих частях капралы выводили личный состав на утренний моцион, который как правило совершался бегом в ускоренном темпе.

Завтрак, кофе с бутербродом, завершался в 6 ч 45 минут. Целых 15 минут солдаты могли заниматься своими делами. Война – войной, но обед по расписанию. К завтраку армейская аксиома не относится. Завтрака бойца могли лишить за провинности, в полевых выходах часто не удавалось позавтракать. Рекруты часто жаловались на ощущения голода. Проще говоря, они были готовы есть что угодно и когда угодно. Поразительно, но жуткие ощущения первых дней службы многие пронесли через всю войну. Даже ужасы Восточного фронта не заслонили ужас лишения завтрака. Бесконечные тренировки до седьмого пота также не способствовали росту морального духа у новобранцев. Но «пот сохраняет кровь». Важность тренировок на войне осознали все.

Ежедневно читались лекции. Солдатам прививали чувство товарищества, моральной стойкости и беспощадности к врагам Рейха в духе НСДАП. Тактические приемы на лекциях не прорабатывались. Согласно германской концепции, учить военному делу настоящим образом следовало в поле, а не в классах.

Ежедневно утром и вечером отводилось время на строевую подготовку. Вечером в течение часа – физподготовка, часто – огневая подготовка. Стрельбе уделялось огромное внимание.

Обед (Mitagessen) случался ежедневно в 12 ч 30 минут. До и после обеда солдаты могли немного перевести дух и даже поспать.

В 13 ч 30 минут личный состав собирали на плацу на осмотр, получения внушений, взысканий и указаний. Первоначально личный состав осматривал взводный фельдфебель, затем старшина роты, а уже потом появлялись отцы-командиры в офицерском звании. Взводных и ротных простые солдаты лицезрели не так уж и часто. Опять же по германской концепции непосредственное руководство солдатами в бою возлагалось на унтеров, в то время как офицерам полагалось управлять снаряжением. Солдат учили побеждать без офицеров.

Вечер отводился на чистку и приведение в порядок воинской формы, снаряжения, амуниции и оружия. Также вечером производилась уборка казармы.

Карты после ужина, 1936 г.

Карты после ужина, 1936 г. По мере возрастания интенсивности тренировок, времени на подобные занятия почти не будет оставаться.

Два номера пулеметного расчета чистят дальнобойный автоматический пулеметатель под присмотром командира расчета, 1938 г.

Два номера пулеметного расчета чистят дальнобойный автоматический пулеметатель под присмотром командира расчета, 1938 г. Левый солдат занят чисткой запасных стволов. Пулемет установлен на сошки, упертые в стол. Мужчина в центре работает с механизмом пулемета. На переднем плане лежит тренога для ведения зенитного огня.

              

Добавить комментарий