Ханау

В конце октября 1813 г. баварцы, под дипломатическим и военным нажимом перешедшие на сторону союзников, попытались отрезать отступающую армию Наполеона от Франции. После поражения в битве у Лейпцига остатки французской армии направились через Эрфурт, Готу и Фульду к Майнцу. Чтобы достигнуть последнего города, они должны были пройти лес Ламбуа. За густой чащей находился маленький городок Ханау, вокруг которого — в полной уверенности, что они встретят армию, отступающую в полном беспорядке — располагался объединенный австро-баварский корпус под командованием баварского генерала графа фон Вреде. Его силы включали приблизительно 33,000 штыков, 10,000 сабель и около 100 орудий. На самом деле французы, хотя и рассеянные и в довольно жалком состоянии, отступали достаточно организованно, и даже оставляли некоторое число солдат в гарнизонах тех немецких городов, через которые они проходили.

кивер

Офицеры имели право носить кольбаки, но большинство из них следовало за текущей модой в военной форме и предпочитали кивер - в том числе и самой последней моды, кивер-цилиндр. Здесь показан кивер традиционного типа. Он сделан из твердого картона или коровьей кожи и обтянут красным сукном. Большинство офицеров заказывало кивер самостоятельно, за свой счет, что привело к множеству различий между сохранившимися экземплярами. В данном случае на щитке киверной бляхи ниже императорского орла выбиты в две строки слова «GARDE» (верхняя, горизонтальная) и «D'HONNEUR» (нижняя, дугой), вместо более привычного полкового номера. Кисточки и ракетки не так часто украшали кивера в последние годы Империи.

30 октября, все еще продолжая двигаться вместе с кавалерией Императорской гвардии, почетные гвардейцы уже в течение нескольких часов следовали через лес, когда им сообщили, что впереди их ждут силы противников. Издалека уже доносился грохот канонады, а когда они еще приблизились к месту действия, они не только слышали выстрелы, но и попали под перелеты, когда ядра начали врезаться в верхушки деревьев, сбивая тяжелые ветви, которые падали прямо на них; разлетающиеся осколки ранили несколько человек.

Генерал Друо установил 50 орудий на опушке леса, чтобы пушечным огнем пробить брешь во вражеских линиях и заставить замолчать их артиллерию. Заметив эту угрозу, фон Вреде отдал приказ баварской коннице атаковать французскую батарею. Когда стало ясным намерение немецких шеволежеров прорваться к артиллерийским позициям, кавалерия Императорской гвардии — к которой все еще была придана Почетная гвардия — получила приказ выдвинуться вперед и встретить баварскую конницу. На исходную позицию для наступления они продвигались через лес по обе стороны дороги, оставляя последнюю свободной для обозных фургонов и орудий. Атака спасла артиллерию Друо, отбросив назад баварцев, и через несколько минут уже гвардейские кавалеристы достигли вражеских линий, где захватили брошенные орудия. Тем временем, артиллерия Императорской гвардии по командам генерала Друо открыла частый огонь по отступавшей баварской коннице, которая сумела добраться до рядов своей пехоты, понеся тяжелые потери.

В то время как гвардейская кавалерия совместно с линейными полками 2-го кавалерийского корпуса генерала Себастиани нанесла удар по баварцам, приблизительно 400 почетных гвардейцев 3-го полка под командованием де Салюса и д’Андлау также приняли участие в атаке. Достигнув опушки леса, они обнаружили там генерала Эксельманса, который указал им направление дальнейшего продвижения. Как только почетные гвардейцы перестроились в боевой порядок, они сразу же ринулись на врага, хотя их лошади были к этому моменту уже обессилены. Почетная гвардия очень вовремя появилась на поле боя, сумев помочь конным гренадерам Императорской гвардии, которые вынуждены были отступать под натиском превосходящих сил противника. Благодаря этому отборный полк французской тяжелой кавалерии сумел перегруппироваться и в ходе контратаки наголову разбил баварцев. Когда почетные гвардейцы отвлекли на себя внимание врагов, «Боги» [прозвище конных гренадер] приветствовали 3-й полк криками благодарности. Сражение было выиграно французами еще до наступления темноты, и войска были расквартированы в окрестностях городка.

Солдаты оставались без продовольствия в течение 24 часов, и голод вынудил их начать обыскивать дома в поисках чего-нибудь съедобного; но все, чем им удалось разжиться, были картофель и яблоки, которые хранились в подвалах. После Ханау, Наполеон выразил особую благодарность своей Почетной гвардии за их доблестное поведение в ходе сражения и многих отличившихся наградил орденом Почетного Легиона. Ожидания были высоки: Почетная гвардия, которая с приобретением боевого опыта в свою очередь улучшила свое моральное состяние и подняла боевой дух, теперь уже через несколько месяцев могла бы стать первоклассным войском.

Однако, отступление к границам Франции продолжилось, и в армии разразилась эпидемия сыпного тифа, в результате чего умерло больше гвардейцев, чем сумел поразить враг. Больницы и полевые госпитали вокруг Метца, Майнца — где умерло около 20,000 французских солдат, Эрфурта и других городов были забиты мертвыми телами.

Естественным результатом стала дезорганизация армии, причем некоторые полки полностью развалились. Исключением была Старая гвардия, которая продолжала марш в виде единого корпуса. Почетные гвардейцы, большинство из которых потеряло своих лошадей в ходе отступления, нашли прибежище среди рядов пехоты Старой гвардии. В 2-м полку Почетной гвардии, в роте добровольца Аманда де Мендьеты, насчитывавшей перед Лейпцигской битвой 113 сабель, к моменту возвращения во Францию оставалось только четыре человека. Они были отправлены в Рамбуйе, где провели пару месяцев в больнице и наконец-то оправились от пережитых испытаний.

              

Добавить комментарий