Постановление Сената о создании Почетной гвардии

3 апреля 1813 года, согласно решению Наполеона, Сенат постановил создание четырех полков Почетной гвардии, а двумя днями позже соответствующий декрет [senatus-consult] был обнародован. В нем заключались двадцать четыре статьи, в которых описывались организация нового корпуса и принципы его формирования.

Четыре полка Почетной гвардии должны были комплектоваться из добровольцев, причем только урожденных французов (под этим подразумевалось — родившихся на территории империи), которым предписывалось носить униформу в «лучшем гусарском стиле» — noblesse oblige…[положение обязывает…]. Их гарризонные депо должны были размещаться в Версале (1-й полк), Метце (2-й полк), Туре (3-й полк) и Лионе (4-й полк).

Генерал Луи Лепик

Генерал Луи Лепик (1765-1825). Этот ветеран всех важнейших кампаний периода Революции и Империи стал в 1805 г. майоро конных гренадеров Императорской гвардии, а в 1807 г. — бригадным генералом. Произведенный в дивизионные генералы в феврале 1813 г., в апреле он был назначен командиром 2-го полка Почетной гвардии. В сражениях Лепик получил несколько ран, но особенно серьезно он страдал от тяжелого ранения в голову, полученного в России, которое даже не позволяло носить ему шляпу. Сочетание мучительных болей, подагры и возрастающей психической неустойчивости свели на нет его способность командовать полком, и в ноябре он был переведен на административную должность командующего 21-м военным округом в Бурже — грустное окончание продолжительной и славной карьеры.

Каждый полк должен был состоять из штаба (65 человек и 156 лошадей) и не менее чем десяти эскадронов. Каждый эскадрон должен был состоять из двух рот, в каждой 122 человека и 127 лошадей. Таким образом, полностью укомплектованный полк из 20 рот должен был насчитывать 2 440 человек и 2 540 лошадей в боевом строю, а общая численность полка, с учетом штаба, составляла 2 505 человек и 2 696 лошадей.

В общем, четыре полка Почетной гвардии обеспечили бы императору 10 000 хорошо экипированных кавалеристов, из которых в будущем должны были вырасти командные кадры для его армий. Командиры полков [colonel] были выбраны из числа дивизионных или бригадных генералов, майорами [colonel-major, second-in-command] назначались армейские полковники; однако у всех остальных офицеров звания соответствовали званиям в линейной кавалерии.

Присоединиться к новому корпусу был приглашен «цвет империи » — молодые люди в возрасте от 19 до 30 лет, которые должны были не состоять в браке и не иметь никакой профессии (возрастные границы были позже расширены между 17 и 35 годами). Кто же мог поступить добровольцем в Почетную гвардию? Элита и их сыновья, куда включались члены ордена Почетного Легиона или Императорского ордена Воссоединения; шевалье, бароны, графы и даже герцоги Империи; члены департаментских или окружных избирательных коллегий; члены муниципальных советов городов Империи. Практически даже администраторы низшего звена были приемлемы в качестве добровольцев, а определение «сыновья» дополнялось включением племянников.

Неудивительно, что военные, которые служили прежде или в настоящий момент во французских армиях, были также желательны,как и их сыновья; это же относилось к действующим или бывшим офицерам любой из иностранных союзнических армий. Для этих ветеранов, представляющих особую ценность, возрастная граница была поднята до 45 лет. И затем имелись граждане, или сыновья граждан, которые платили самые высокие налоги с доходов в своем департаменте или городе — если позволяли средства, даже представителям этих классов разрешалось поступить в Почетную гвардию.

Одна из статей декрета определяла, что почетные гвардейцы должны были обмундироваться, экипироваться и приобрести лошадь за свой счет. Канцелярии орденов обязаны были обеспечить финансовую поддержку тем членам, которые не имели средств, чтобы оплатить свое снаряжение. Было постановлено, что почетные гвардейцы буду получать такое же денежное содержание, что и конные егеря Императорской гвардии; и что после 12 месяцев службы в строю они будут автоматически производиться во вторые лейтенанты.

Каждый полк должен был набирать военнослужащих из определенных частей империи, и каждый департамент получил инструкции относительно контингента гвардейцев, который там надлежало мобилизовать: 1-й полк должен был комплектоваться волонтерами из 1-го (Париж), 14-го (Кан), 15-го (Руан), 16-го (Лилль), 24-го (Брюссель) и 30-го (Рим) военных округов [Military Division]. Квоты для этих округов колебались в пределах от 1,248 до 2,496 человек.

2-й полк комплектовался волонтерами из 2-го (Мезьер), 3-го (Метц), 4-го (Нанси), 5-го (Страсбург), 17-го (Амстердам), 18-го (Дижон), 25-го (Везель), 26-го (Майнц) и 28-го (Генуя) военных округов; квоты в пределах от 1,205 до 2,410 человек.

3-й полк комплектовался волонтерами из 10-го (Тулуза), 11-го (Бордо), 12-го (Ла Рошель), 13-го (Ренн), 20-го (Периго), 22-го (Тур), 29-го (Флоренция) и 31-го (Гронинген) военных округов; квоты в пределах от 1,305 до 2,610 человек.

4-й полк комплектовался волонтерами из 6-го (Безансон), 7-го (Гренобль), 8-го (Тулон), 9-го (Монпелье), 19-го (Лион), 21-го (Бурж), 23-го (Бастия), 27-го (Турин) и 32-го (Гамбург) военных округов; квоты в пределах от 1 242 до 2 484 человек.

7 апреля 1813 г. печатные станки императорской типографии в Париже начали выпускать оттиски декрета. Реализация его положений не только завалила работой императорскуюадминистрацию, но также причинила немалое беспокойство префектам департаментов. Предстоящий набор взволновал правящие классы империи от Эльбы до Пиренеев и от побережья Фрисландии до Тибра. Годами такие люди преуспевали в покупке «заместителей» [proxies], которые обязывались служить в императорских армиях вместо их сыновей — хотя иногда по дорогой цене. Но теперь им приходилось повиноваться новому требованию: их собственная плоть и кровь приносилась на алтарь Марса, и эта жертва многих восстанавливала против режима.

В реальности этот мнимо добровольческий корпус не мог быть создан из спонтанного патриотического порыва [élan], и очень скоро префекты были вынуждены назначать «добровольцев», которые в результате чувствовали себя скорее заложниками, чем настоящими воинами.

              

Добавить комментарий