Французские солдаты

От блистательных побед под Маренго и Хоенлинденом в 1800 году и до сокрушительного поражения под Ватерлоо в 1815 году во Франции под ружье встало 1 600 000 мужчин, из которых уцелело едва ли 600 000. Конечно, в XX веке войны уносили куда больше жизней, но какое дело до статистики человеку, которого забирают в солдаты? Независимо от того, вооружен ли солдат копьем, мушкетом или гранатометом, неприглядное лицо войны будет одинаковым. В 1803 году игрушечный Амьенский мир между Францией и Великобританией приказал долго жить и французам снова пришлось идти на войну. В это время во Франции уже действовал закон о воинской повинности. Впервые принятый еще Конвентом 14 февраля 1793 года, закон был существенно расширен уже Директорией 8 фруктидора VIII года. По этому варианту закона повинность должны были нести все холостые мужчины в возрасте от двадцати до двадцати пяти лег. Все призывники обязывались явиться в расположение ближайшего полка, где из каждых семи человек отбирали одного, который и становился солдатом.

Срок службы солдат точно не определялся. Из рядов армии солдат мог выбыть лишь достигнув преклонных лег, получив увечье, погибнув или попав под демобилизацию. Однако демобилизация солдатам не грозила, поскольку вся Европа ополчилась на молодую Французскую республику. В свою очередь Франция тоже не теряла времени даром и, используя одиннадцать лег мира, усиливала свою армию. Призывники шли служить, понимая, что Франция принадлежит своим гражданам, и что солдаты больше не игрушки в руках зажравшихся аристократов. Это значительно повышало боевой дух войск.

Французская армия не была армией насильно набранных рекрутов. Французские солдаты родились при монархии, но выросли уже во время республики, поэтому они знали, что идут умирать за свою свободу. Французы считали, что соседние правители стремятся оградить свои троны от философии свободы, пришедшей в Европу из Америки.

Начавшаяся война с Англией лишь служила для французов подтверждением того, что одураченные народы Европы посылаются в бой, чтобы уничтожить то государство, откуда им могло прийти спасение. Поэтому французские солдаты были готовы к схватке за родину и свободу, а не представляли собой скопище мужиков, покорно отбывающих воинскую повинность. Все рекруты получали прививку от оспы И направлялись в казармы. Спустя несколько дней они получали вооружение и экипировку, а затем и униформу.

В расчетной книжке Клода Дефре перечислены выданные ему предметы обмундирования и экипировки: один китель, одна рабочая куртка и шапка, одна пара льняных брюк, один белый и один черный воротничок, четыре носовых платка, двае пары хлопчатобумажных и одна пара шерстяных носков, три пары ботинок, одна серая и одна белая пара гетр, одна матерчатая сумка и один кожаный ранец, и, наконец, две кокарды. Экипировка этого солдата состояла из патронной сумки, отвертки, иглы для прокалывания патронов и прочистки затравочного отверстия в мушкетоне и приспособления для извлечения пуль из мушкетона. Все перечисленные предметы поступали в полное владение солдата, и он отвечал за их сохранность. Если предмет выходил из строя или терялся, то солдат должен был чинить или приобретать новый за свой счет. Срок службы экипировки солдата оценивался в двадцать лет — очевидно, что это был слишком завышенный срок. Поэтому солдатам приходилось нести дополнительные расходы по ремонту и уходу за своей униформой и экипировкой. Для примера можно привести расходы рядового Клавье из 28-го драгунского полка (см таблицу).

Таким образом рядовой Клавье издержал за двадцать шесть недель 46,08 франков только на экипировку. Если прибавить сюда штрафы за потерю вещей, то расходы солдата достигли 126 франков, при том, что за это же время он получил жалованья 54,60 франков!
Ниже приводится выписка из расчетной книжки уже знакомого нам рядового Дефре, где говориться об установленном сроке службы предметов униформы и экипировки:

Камзол 2 года
Кивер 4 года
Рабочая куртка 2 года
Шинель 3 года
Брюки 1 год
Рабочая шапка 2 года
Меховая шапка 6 лет
Поясной ремень 20 лет
Мушкетная перевязь 20 лет
Патронная сумка 20 лет
Барабан и палочки 20 лет
Перевязь 20 лет
Горн и труба 20 лет

Да, нелегко жилось французским рекрутам. У бедняги Клавье по крайней мере было хоть одно утешение — он служил в кавалерии. Казармы или конюшни, как их более точно иногда называли, были холодными, сырыми и полутемными, поскольку их, как правило, размещали в конфискованных у церкви зданиях (после принятая в 1790 году Акта об отрицании папской власти). Примерно четверть площадей в казармах отводилась под конюшни, где стояли лошади, уход за которыми был поручен драгунам.

Французская кавалерия получала лошадей двумя путями: или за счет прямых закупок у конезаводчиков или путем реквизиции взамен компенсации в будущем. Вторым способом французской армии удавалось получать до 150 лошадей в год. В замен реквизированной лошади человек получал бумажку, предъявителю которой обещалось выплатить 400 франков, буде Французская республика в состоянии оную сумму осилить. Принимая во внимание те суммы, которые уходили на покупку лошадей, во французской армии лошади считались более ценным материалом, чем люди. Поэтому новобранцам приходилось большую часть времени проводить на конюшне, ухаживая за своими лошадьми. Однако конское поголовье во французской армии не всегда отвечало стандартам, поэтому фламандские и нормандские кони, на которых ездили драгуны, хотя и обладали достаточной силой, но часто бывали медлительны и слишком тяжелы.

Драгуны не были кавалеристами в полном смысле этого слова. Скорее их можно назвать конными пехотинцами, поскольку драгуны одинаково хорошо владели и мушкетоном и саблей, чем, кстати, гордились. Хотя роль драгун с течением времени все больше и больше совпадала с ролью тяжелой кавалерии, отличия все же сохранялись. Первоначально драгуны в бою действовали главным образом в пешем строю, а лошади им были нужны лишь для повышения мобильности. Но в дальнейшем драгунам пришлось саблей действовать не реже, чем мушкетоном. Благодаря этим особенностям, во французской армии драгуны относились не к тяжелой или легкой, а к средней кавалерии.

Унтер-офицер 3-го уланского полка в бою

Унтер-офицер 3-го уланского полка в бою. Его зеленый китель и рейтузы отделаны розовым. Красные эполеты говорят о том, что перед нами военнослужащий из элитарной роты. Два красных шеврона на левом рукаве означают выслугу 16-20 лет. Шлем улана украшен леопардовой шкурой. Обычно такие шлемы носили только офицеры, вероятно унтер подобрал офицерский шлем на поле боя.

 

Добавить комментарий