Ватерлоо (III)

В то время, как бой за Огурмонт разбился на отдельные схватки, остальные роты Гренадерского полка обнаружили, что они могут укрыться от интенсивного и точного огня французской артиллерии, если лягут наземь. Дополнительное укрытие создавали стены и ров, проходившие поперек их позиций. Но в это время уже пристало в очередной раз решить давний спор — смогут ли атаки кавалерии разбить пехотные каре.

Сержант Гренадерской роты J.Skinner в парадной форме

Сержант Гренадерской роты J.Skinner в парадной форме

Четырехтысячная масса французской конницы атаковала центр британских войск. Кавалеристы наносили удары по фронту, тылу и фасам каждого из каре одновременно, пытаясь захватить инициативу на поле боя. Но несмотря на кураж французских конников, им не удалось прорвать плотные ряды английской пехоты. Четкая и дисциплинированная стрельба Гвардейских гренадер, выстроенных в четыре ряда по каждой из сторон каре, заставила конницу отойти. Тяжелый переход накануне вечером, двухдневные бои и марши вконец измотали солдат. Потери становились слишком тяжелыми: Легкие роты под Огурмонтом; потери при Кватр-Бра; наконец, сегодняшние атаки противника и нескончаемая канонада. 2-й и 3-й батальоны были уже измучены и истощены, когда наконец получили приказ вновь развернуться из каре в линию и залечь за изгородью. «Получили приказ лечь наземь, и некоторые из солдат от утомления тут же заснули».

Сон их был недолгим. Батальоны только успели развернуться в линию, как огонь артиллерии прекратился, дым рассеялся, и вверх по южным склонам холма навстречу англичанам двинулись три полка французской Императорской гвардии. Пять тысяч этих отборных солдат еще не вступали в бой: они были укрыты в складках местности. Некоторое время англичане не могли даже видеть приближавшегося противника; они слышали лишь звук марширующих сапог и чувствовали сотрясение почвы. Французы развернули ряды, как только достигли гребня. И тут в двадцати шагах от них как из-под земли выросли два батальона британского Первого Гвардейского. Развязка известна. Предоставим слово очевидцу: «Отважный герцог крикнул нам: «Перед ними снова гвардейцы»: и что же мы видим — наползающая на нас огромная масса в батальонных колоннах, крепкие парни в огромных меховых гренадерских шапках, выкрикивающие «Vive l’Empereur, en avant, en avant!». Мы выстраиваем линию в четыре шеренги, первая встает на колено, вторая также стреляет, третья и четвертая заряжают ружья и передают вперед, и начинается безостановочная пальба в сгрудившуюся массу гренадер, которых, к тому же, с фланга теснит бригада генерала Адама (Adam)… и это уже было похоже на бойню!»

Так закончилась битва при Ватерлоо, и так закончилась эпоха «наполеоновских войн». Для Первого Гвардейского, как и для любого другого полка, который сражался в тот день, Ватерлоо стал символом славы. Сражение положило конец длинной войне — и окончательно развеяло легенду о непобедимости Наполеона. Атака Императорской гвардии, свежей и в полном составе, была отбита британскими гвардейцами, несколько дней не выходившими из боев.

29 июля 1815 года в ознаменование этой победы был обнародован следующий приказ: «Именем Короля, Его Королевское Высочество Принц-регент имеет удовольствие дать согласие на то, чтобы отныне полк именовался «Первым или Гренадерским полком пешей гвардии» в память о том, что им была отбита атака гренадер французской Императорской гвардии под Ватерлоо». Так все роты полка получили медвежьи шапки с белыми султанами и на петлицы — значки с изображениями горящих гренад. Эти отличия гвардейские гренадеры носят и по сей день.

              

Добавить комментарий